10.09.2014  21:20

«К матчу со "СКА-Энергией" поле будет в нормальном состоянии»

«Газон погубила полуторамесячная аномальная жара»

Агроном «Анжи Арены» Евгений Кондрашов в интервью официальному сайту клуба прокомментировал плачевную ситуацию с газоном на стадионе и тренировочном поле.

– Евгений, что произошло с газоном и какие попытки предпринимаются, чтобы исправить положение?

– Я написал подробный отчет для владельца клуба о причинах произошедшего и принимаемых мерах. В этом документе очень много терминов. Если говорить доступно, то, сделав анализы почвы и поливной воды, мы получили следующую картину.

В июле и августе в Дагестане стояла небывалая жара. Такой здесь не было уже несколько десятков лет, по моим сведениям. Температурный режим, который в состоянии выдерживать трава, был значительно превышен. При среднесуточной температуре до 30 градусов газон растет и развивается нормально. Многие ошибочно считают, что основной продукт питания газона – удобрения: чем больше кормишь ими, тем он здоровее, крепче. Но это совсем не так, основное питание трава получает от продуктов фотосинтеза. Так вот этот процесс фотосинтеза при высоких температурах замедляется, а при температуре свыше 35 градусов он останавливается, и растение впадает в анабиоз, то есть оно не в состоянии себя жизнеобеспечивать, не воспринимает никакие химические средства защиты. И если период времени, в котором оно находится в этом состоянии, незначителен, то есть шансы его спасти. К примеру, в Чечне такая запредельная для региона жара стояла всего пару недель. И у них поле частично пострадало. Вы могли это видеть по картинке с матчей «Терека». Но там газон смог оклематься, ему хватило сил, эти пару недель он пережил.

Мы пять раз фиксировали температуру почвы здесь, у нас есть соответствующее оборудование. И с первой декады июля и вплоть до 29 августа, то есть полтора месяца, здесь стояла пиковая жара, которая не позволяла траве выживать, она начала постепенно пропадать. Главное поле мы в течение последних двух месяцев вычесывали четыре раза, запасное – три. Отмирание прекратилось только с началом сентября. Большая часть газона у нас не выдержала, пропала. Остались примерно 30 процентов от прошлой травы.

Команда уехала из Махачкалы 28 августа вечером. Тогда уже температура стала потихоньку снижаться, мы начали оперативно решать проблему, воплощая запланированный комплекс работ. Мы видели, в каком состоянии трава, но до этого времени ничем кардинально ей помочь не могли. Предпринимались меры, но они не могли быть действенными, потому что газон уже был неспособен их воспринять.
После отъезда команды первое, с чего мы начали, – обработали оба поля, игровое и тренировочное, препаратами от грибковых заболеваний, чтобы не допустить распространение болезни. Потому что когда газон отмирает, из-за жары или чего-то другого, все эти мертвые растительные остатки начинают гнить, и в них распространяется патогенная микрофлора, которая является возбудителем заболевания. Затем мы при помощи соответствующего оборудования очистили поле от этих мертвых остатков. После этого провели аэрацию и разуплотнение – сделали вертикальные проколы в почве, подготовили поле под посев. И оба поля мы заново засеяли. Подчеркиваю, не перестелили, а засеяли. То есть практически создаем новый газон. Провели пескование, чтобы прикрыть семена, прикатали для их лучшего контакта с почвой и внесли стартовую дозу удобрений, чтобы дать всходам подняться.

Посев на обоих полях у нас происходил 31 августа и 1 сентября. Как и положено, первые всходы мы получили 6 сентября, уверенные массовые всходы по одному листику пошли 7-8 сентября. Если разглядывать поле с близкой дистанции, то оно выправляется, позеленело, хоть и видны проплешины. Но если смотреть с трибуны, поле практически голое. Чтобы всходы развились и окрепли и чтобы появилась «картинка», нужно еще две-три недели. Но этого времени у нас нет, игра 13 сентября. Перенести ее не представляется возможным. В противном случае к встрече с «Зенитом» 24 сентября картинка была бы уже более-менее приемлемой. Высота всходов сейчас полтора-два сантиметра, чтобы получить два-три листа, нужна хотя бы неделя. То есть газон еще даже к первой стрижке не подошел.
Игровое поле немножко отстает в этом смысле от тренировочного, которому попроще – оно получает достаточно солнца, хорошо проветривается. В чаше стадиона совсем другой микроклимат. Там недостаточная вентиляция. Единственное, чем мы можем помочь, – открываем все четыре угла, чтобы хоть какую-то вентиляцию создать. В солнечную погоду поле перегревается очень сильно. Собственно, из-за чего это выпадение газона произошло? Мы на почве фиксировали 47-52 градуса. Причем такая температура держалась весь день, а в июле и августе самые длинные дни. И с утра до семи вечера газон находился в этом состоянии. Естественно, он не перенес всего этого.

Тренировочное поле находится в более выгодных условиях. Там микроклимат более подходящий, скажем так. Игровое поле в пиковую жару на два-три градуса сильнее перегревалось, чем тренировочное. Мы засеяли их сейчас в одно время, но на тренировочном всходы более дружные, массовые. Оно в развитии пока опережает центральный газон, затягивается буквально на глазах. Ему меньше времени потребуется. Конечно, оно еще не окрепшее, но я думаю, что для тренировочных занятий вполне подойдет.

Мы не сидели, не зная, что делать. Работа проведена вовремя. Но невозможно вырастить из семян за такой короткий срок газон. Просто нереально. Двух-трех недель было б достаточно. Но у нас их нет. Ближайшая игра пройдет на недельном газоне. «Картинка» будет не очень симпатичная.

– Озвучивалось мнение, что на состояние поля могла повлиять поливная вода с избыточным содержанием хлора. Это действительно так?

– Мы получили анализы воды. И они указывают на превышение содержания солей сульфата и хлора в поливной воде. Естественно, этот фактор именно в пиковую жару имел значение. Когда температура ниже, меньше и расход воды, и для ее отстаивания емкостей хватает. В жару же вода идет по кругу, без перерыва, не успевает отстаиваться, в емкостях она не больше суток остается. Так что это тоже не последний фактор. Но основной причиной, первичным фактором все же явилась жара, от нее все пошло.

– А что за «яма» образовалась на поле?

– Я видел фотографию, размещенную в интернете. Это не яма. Там просто пограничный участок, где сошлись сохранившаяся старая трава и новая, только взошедшая. Поле ровное, можете быть уверены. Если бы там была яма, мы бы ее методом землевания устранили. Это не составляет труда, но такой необходимости просто нет. Подобных мест, где новые всходы граничат с прежней травой и создается визуальный эффект ямы, около четырех, они расположены ближе к углам поля.  

– Во многих странах с жарким климатом, в тех же Объединенных Арабских Эмиратах, поля содержатся в идеальном состоянии. Почему там это возможно, а у нас стало проблемой?

– В жарких странах используются сорта травы, которые более устойчивы к воздействию солнца, но плохо переносят низкие температуры. В регионах с ровным климатом, где нет больших перепадов температур, можно использовать такую траву. Дагестану это не подходит. Здесь жарко летом и может наблюдаться минусовая температура зимой. Нет такого универсального сорта травы, которая подходила бы для всех климатических зон, у каждого свои плюсы и минусы. Я знаю, что в Донецке у «Шахтера» некоторое время назад из-за жары возникла проблема, аналогичная нашей. Тогда они использовали защитный навес от солнца. У нас ввиду особенностей конструкции арены такой возможности нет. Нам оставалось только переждать жару и заняться восстановлением газона.