01.03.2014  11:20

15 ВОПРОСОВ ТРЕНЕРСКОМУ ШТАБУ

15 ВОПРОСОВ ТРЕНЕРСКОМУ ШТАБУ
После ответного матча с бельгийским «Генком» в Лиге Европы, по итогам которого «Анжи» пробился в 1/8 финала, под нешуточное давление клубной пресс-службы попал тренерский штаб команды.

Гаджи Гаджиев, главный тренер: Всё решал уровень готовности

— Чисто внешне разницу между двумя матчами Лиги Европы уловить было трудно. А по факту? Какой был выбран план на вторую игру с учётом особенностей первой?

— Сколько-нибудь существенной разницы действительно не было. И быть не могло, если принять во внимание тот факт, что соперника мы основательно изучили, готовясь ещё к матчу в Раменском. В ответной встрече «Генк», правда, стремился сыграть несколько иначе, применив, по существу, один из вариантов схемы 4–3–3, тогда как прежде мы видели в исполнении бельгийской команды классические 4–4–2 и 4–1–4–1. Как постарается действовать соперник, мы поняли, получив протокол матча за час до его начала. Конечно, коррекция в этой связи была сделана, но, повторюсь, незначительная, и касалась она только отдельных игроков. Всё в конечном итоге решал уровень готовности футболистов: насколько их подготовленность — в первую очередь психологическая и физическая — позволит реализовать намеченное, наигранное, удастся ли провести матч на пределе своих сегодняшних возможностей. Команда смогла это сделать.

Андрей Гусин, старший тренер: Два удаления — тревожный сигнал

— В чём именно выразилось преимущество «Анжи» над «Генком», в каких компонентах?

— Прежде всего — в организации. Мы действовали дисциплинированно, ответственно, не дали сопернику разгуляться, даже по воротам толком пробить не дали — по крайней мере, до удаления Расима. В концовке, да, немножко был ажиотаж, но справились. Хотя есть, конечно, моменты, на которые стоит обратить специальное внимание и которые пришлось корректировать. Не все идеально выполняли план на игру.

— Разве существует в футбольной природе идеальное выполнение игрового задания?

— К этому в любом случае надо стремиться. Футболисты должны ясно понимать, что именно от них требуется в конкретном эпизоде, отрезке, матче. Если понимают и выполняют — жить команде становится намного легче. Можно говорить о результате.

— Замена в стартовом составе Максимова на Мкртчяна может показаться чисто механическим действием: Максимов ведь в Раменском красную карточку получил. Насколько разнились их функции, если сравнивать Максимова в первом матче и Мкртчяна во втором?

— Карлен, на наш взгляд, хорошо вошёл в игру. Во-первых, проделал большой объём работы в обороне, помогая Ахмедову, на которого ложится очень серьёзная нагрузка в центре поля. Мкртчян с этой задачей справился. Наверное, последний пас и завершение у Ильи получше будут, но Карлен впереди тоже отрабатывал: искал мяч, боролся за мяч, сохранял мяч, даже бил по воротам. При этом нужно, конечно, учитывать выездной характер матча и то, что мы, имея неплохую группу атаки, старались, прежде всего, сыграть на ноль.

— А впереди, значит, на два…

— Моментов у нас было немало — и в первом тайме, и во втором. Два реализовали. «Генк» играл на своём поле, что называется, по-домашнему, первым номером. Ну что поделать? Мы этим обстоятельством сумели воспользоваться в личных корыстных интересах. В другой день, с другим соперником, возможно, сыграем иначе. Однако нельзя забывать, что Лига Европы — это тактика двух матчей, а в чемпионате России вторых шансов не бывает.

— Все мысли уже о «Рубине»?

— Ну да. Обычная для жизни любой команды история: нужно готовиться к следующему матчу.

— Сразу после игры в Генке, когда стало ясно, что «Анжи» теперь единственный представитель России в еврокубках, не считая безнадёжного «Зенита», Интернет захлебнулся в позитиве, чего в отношении команды не наблюдалось очень давно. Чёрное в один момент стало белым, вся страна искренне радовалась за «Анжи» и удивлялась новому качеству игры. Отсюда вопрос: команда с такой моральной нагрузкой справится, на ваш взгляд?

— Это классическая футбольная история: когда всё хорошо — ты лучший, когда проблемы — только держись. В первой части сезона нам досталось слишком много критики, и не скажу, что вся она была по делу. Да и обычной грязи хватало. Знаю, что многие футболисты отслеживали всё, что писали и говорили о команде, пропуская весь поток через себя. Уверенности им это, конечно, не добавляло. Поэтому мы рады, что команда смогла переломить ситуацию и изменить отношение к себе. Работать на позитиве всегда легче, и мы очень надеемся, что такой настрой сохранится. Но нельзя считать, будто сделано что-то невозможное. Да, обыграли хорошую команду, но таких команд — и посильнее, честно говоря, — в чемпионате России хватает. Победили — хорошо, молодцы, а расслабляться нельзя. Хотя у нас такой календарь, что захочешь — не расслабишься. Каждый матч как последний, никакого преувеличения.

— Всё хорошее, что было сказано в адрес «Анжи», имеет прямое отношение к Смолову, который провёл в Генке сильный матч и получил такую порцию болельщицких «плюсов», что за предыдущие года три не собрать…

— Да, неплохой матч, согласен. Смолов талантливый парень, у него есть очень хорошие футбольные качества, и если он сохранит свой настрой — обязательно будет играть и забивать. И тогда уважаемые остроумные критики плотно закроют рты. Но со Смолова и спрос особый: свой потенциал он должен доказывать не изредка, а в каждом матче.

— Как он сам оценил свою игру?

— Не стоит на этой теме зацикливаться. Пусть старается дальше. Сезон на уровне доиграет — тогда и дадим оценку.

— Если бы за нарушение, которое допустил в концовке Тагирбеков, судьи футболистов стабильно удаляли, сколько полных матчей Расим провёл бы в чемпионате России?

— Это вы лучше у Тагирбекова спросите. Но, думаю, в эпизоде с удалением свою роль сыграл общий эмоциональный фон. Плотная жёсткая игра защитника по эпизоду, болезненная реакция соперника, возмущение трибун — судья, мне кажется, немножко этому свисту-шуму-гаму поддался. А там просто толкнулись ребята, ничего такого серьёзного не было. На красную-то — точно не было. Но в любом случае это сигнал для тренеров: у нас в двух матчах подряд удаляют футболистов. Да, обе красные не повлияли на текущий результат, но в целом это серьёзный удар по команде.

Арсен Акаев, тренер: Кто проиграет — тот хоккеист

— В Генке «Анжи» на протяжении всех 90 минут выглядел очень мотивированным. Была проделана какая-то специальная работа?

— Если вы хотите узнать конкретный рецепт, который повлиял на уровень мотивации именно в этот день, то его просто нет. Настрой ведь в первую очередь зависит от футболистов, от того, как именно они понимают задачу. А мы — все, кто рядом, — им просто помогаем. Если игроки сами не захотят создать положительный эмоциональный фон в команде, никакой мотиватор не поможет. Но вы правильно подметили: и в Генке, и в Раменском неделей раньше командный настрой был реально высоким. Может быть, потому что в работе мы стараемся быть с ребятами искренними? Они, наверное, это видят, чувствуют, понимают.

— Вот вам и рецепт: быть искренними…

— А как можно иначе? Но это, знаете, не девиз какой-то, а повседневная рутинная работа, наши будни. Мы встречаемся каждый день, каждый день вместе льём пот, вместе пытаемся чему-то научиться, потому что построение команды – это ведь процесс, а не акция на один день. Значит, всё должно быть по-настоящему, по-честному. Так получается, что в чисто житейском смысле я как бы немножко ближе к ребятам, чем главный тренер, чем Андрей Леонидыч или Арслан Халимбеков. Не скажу, что стремлюсь залезть к ним в душу в каких-то сложных ситуациях, но и такое иногда бывает — разговоры по душам тоже случаются.

— В Генке они не понадобились?

— Проводя разминку перед матчем, я уже видел, насколько ребята сконцентрированы. Это по-настоящему порадовало — что команда услышала тренеров и перенесла нужный настрой на игру, выложилась полностью. Жажда борьбы, ярость — как раз то, что было нужно. Да, ярость — правильное слово. Накануне мы два дня подряд вместе смотрели матчи Лиги чемпионов, и футболисты сами обратили внимание вот на эту самую ярость команд, которых никто не называл фаворитами... Ещё Сулейман Абусаидович заходил в раздевалку — и на первой игре он был, в Раменском, и в Генке, и на испанский сбор приезжал. Это, конечно, тоже мощный мотивационный фактор: команда же чувствует заинтересованность владельца, видит, как он близко всё воспринимает.

— Говорят, в Раменском самые правильные слова для мотивации нашел администратор команды Марат Батыров...

— Мартини? Да, было. Перед выходом на поле в раздевалке, как обычно, собрались в круг. Говорили какие-то бодрые слова, дали сказать и Марату. Он сказал так: «Кто проиграет — тот хоккеист». Наша сборная за день до этого уступила финнам на Олимпиаде, мы все за нёё болели, переживали, и Мартини, так получилось, попал в точку: хорошо посмеялись, получили небольшую разрядку. Потом свои слова сказал капитан, Саша Епуряну, — и ребята пошли в бой.

— У высокой мотивации есть ведь и обратная сторона, имя которой — мандраж. Именно в той ситуации, в которой находится «Анжи», не возникает опасений, что команда ещё до чемпионата может перегореть, перенастроиться?

— Это тоже часть работы тренерского штаба и персонала: чтобы настрой не перерос в самоуверенность или в мандраж, команду нужно чувствовать. Такие моменты в футболе иногда случаются, но, думаю, это не наш случай. Может быть, мандраж был в прошлом году, когда мы попали в чёрную полосу и немножко потеряли уверенность. Сейчас другая ситуация…